Эфир программы Владимир Владимирович как раз закончил фразой, которая, к сожалению, экстраполируется и на нашу журналистику:

Вот вопрос, который меня занимает, как ни странно: а есть ли у нас журналистика? Странный вопрос, скажете вы? Ну, как сказать. Я готов ответить на него, может быть, ещё более странным образом и сказать, что, в общем, журналистики у нас нет, или почти нет. Смотрите. Хотя у нас нет официальной цензуры, как было в СССР, но власть региональная и федеральная то и дело вмешивается в работу средств массовой информации, что, конечно, не очень способствует журналистике. Это с одной стороны. Но кроме того, у нас вся журналистика делится либо на проправительственную, так сказать государственническую, патриотическую, либо на оппозиционную. В общем то, среднего нет. Но что касается проправительственной, то, значит, установка такая: все замечательно. И даже то, что плохо, на самом деле, хорошо, потому что… Ну, а что касается оппозиционной печати, то здесь установка иная — все плохо, а то, что хорошо — конечно, тоже плохо. Причем доходит до курьезов. Я недавно в одном журнале читал статью о том, как идет розыгрыш Кубка УЕФА по футболу, и в этой статье, в которой говорится о том, что ЦСКА проиграл донецкому «Шахтеру» 0:2 и вылетел из этого турнира, сказано так: «Теперь у Украины там две команды, а у России зато ни одной». Вот такого рода подходы. Или ещё там по поводу Китая один журналист рассказывал, говорил о том, как там хорошо справляются с кризисной проблемой в отличие, конечно, от России, и так, по ходу говорил «А там коррупционеров расстреливают». И так, вроде бы, с одобрением. И я подумал «Вот, это и журналист вроде бы прогрессивный и демократический, и средство массовой информации прогрессивное, а вот расстрел в Китае — вроде это хорошо». Если бы у нас расстреливали за коррупцию, ну, я так представляю, какой был бы шум. В общем, я хочу сказать себе, что мы, получается, в СМИ либо ныряем в какую-то густую розовую патоку, либо, наоборот, в какую-то черную смрадную дыру. По-моему, это не журналистика. Вот такая история.

А вчера Владимиру Владимировичу исполнилось 75! Долгих лет жизни и неугасаемого желания работать!